Разное » 2011 склад » С Днем Великой Победы!
+ Подписаться
Страница 1 из 2 12 ПоследняяПоследняя
  1. 67
    Комментарии
    64
    Темы
    205
    Репутация Pro
     
    В начале пути

    4 Медалей

    С Днем Великой Победы!

    9 мая — День Великой Победы нашего народа над ************ской Германией! В этот день мы вспоминаем имена героев, чтим память погибших, склоняем головы перед нашими дорогими Ветеранами и гордимся страной, сумевшей выстоять в самой страшной войне XX века!

    1941-1945 - в эти годы нашему народу выпало тяжелейшее испытание — война, в которой погибло более 25 миллионов человек. Пять лет отцы и деды воевали с врагом, не жалея своих жизней, во имя свободы будущих поколений! На фронте и в тылу ценой тяжелейших испытаний, настоящего мужества и подлинного героизма наш народ ковал победу. Нет ни одной семьи в России, кого бы ни коснулось горе потери близких людей в годы Отечественной Войны. Этот подвиг нельзя забывать. Память о нем мы должны пронести сквозь поколения и сохранить навсегда.

    Слава героев должна быть вечной!

    С великим праздником вас — с Днем Победы!
    Недоступно! Pro 0
    Поделиться
    Просмотров: 3,454
  2. 84
    Комментарии
    0
    Темы
    96
    Репутация Pro
    Аватар для Vol`ta  
    Бегущая по волнам

    2 Медалей
    Спасибо, что создали эту тему!
    Действительно нет ни одной семьи, которой не коснулась бы Великая Отечественная война!
    Мой прадед дошел до Берлина с орденами и медалями, а второй прадед погиб в первые месяцы войны... и вторым горжусь не меньше чем первым.
    Да и если бы женщины, старики и дети не встали у станков на заводах, то и победа была бы непосильной!
    ВСЕХ С ПРАЗДНИКОМ!!! Это наша победа, мы должны ее помнить!!! :bow:
  3. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    Всех с праздником!
    Мой прадед служил в разведке, дед начал войну после офицерских курсов младшим лейтенантом, за отличную защиту Пулковских высот в должности командира артиллерийского расчёта, сразу был повышен до старшего лейтенанта. Защищал Кавказ, победу встретил близ Потсдама. В пятидесятых годах был уволен в запас в звании подполковника. Бубушка работала в войну на мыловаренном заводе. В 1947 году у них родилась моя мама...
    Ещё раз всех с Победой!
  4. 3,059
    Комментарии
    57
    Темы
    3070
    Репутация Pro
    Аватар для ДоЦент  
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    С праздником всех!!!
    Спасибо ветеранам, что спасли мир от фашизма, что защитили Родину. Мы перед вами в огромном долгу.
  5. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    История создания песни «Алёша»

    Есть на болгарской земле старинный город Пловдив. За свою более чем тысячелетнюю историю он был свидетелем многих событий. О них могут рассказать его улицы, дома, памятники. Один их них – величественный Холм освободителей. Его венчает восемнадцатиметровая фигура советского солдата, высеченная из гранита, — памятник советским воинам, освободившим город и всю страну от фашизма.
    Памятник был открыт в 1957 году. Его автор — болгарский скульптор Васил Радослов. К постаменту ведут сто широких ступеней, к нему приходят возложить цветы в день свадьбы счастливые молодожёны. Место это священно и дорого для каждого болгарина.
    Осенью 1962 года в Болгарию приехал советский композитор Эдуард Савельевич Колмановский. Ему рассказали о том, как в сентябре 1944 года жители города с букетами роз встречали своих освободителей и как один из солдат сказал, что пока его руки смогут держать оружие, розы никогда больше не будут обрызганы кровью. Народная память сохранила и имя солдата, ласковое, певучее русское имя Алёша.
    Возвратившись домой, композитор поделился своими впечатлениями о том, что видел и слышал в Болгарии, с поэтом Константином Яковлевичем Ваншенкиным, творческое содружество с которым началось с песни «Я люблю тебя, жизнь».
    «Стихи родились очень быстро, на едином дыхании, — вспоминает поэт. — Тема ведь родная, близкая. Я прошёл войну, воевал в Венгрии, в Австрии, в Чехословакии, потерял много боевых друзей, товарищей по оружию, мог погибнуть и сам. Если написано о том, что выстрадано и дорого, это находит отзвук в сердцах людей. А тема войны для нас всегда кровоточаща. Хотелось написать песню-раздумье о подвиге советского воина, песню-балладу, в которой гражданственность сочеталась бы с лирической интонацией. До 1971 года мне не удавалось побывать в Болгарии, хотя и очень хотелось. А когда я впервые туда приехал и увидел «Алёшу», когда увидел его громадные сапоги из камня, гимнастерку… я чувствовал себя так, будто встретился со старым и близким другом…»
    Пловдивский памятник для полноты музыкального выражения нуждался в болгарской народной музыке, с которой все другие болгарские впечатления сплелись в моём представлении в единый художественный образ. И я между проведениями своей темы ввёл мелодию известной болгарской песни «Гей, Балкан»— песни, услышанной в автобусе по дороге из Софии к Чёрному морю в исполнении экскурсовода…»
    К слову сказать, упомянутая Колмановским народная болгарская партизанская песня времён второй мировой войны, по утверждению известного болгарского музыковеда Стояна Петрова, поётся на украинскую мелодию. Можно привести и другие примеры трансформации и широкого распространения в Болгарии наших песенных напевов. Такова, в частности, песня «На опушке леса старый дуб стоит», которую любили петь болгарские партизаны.
    Впервые песня «Алёша» была опубликована в 1966 году в журнале «Старшина—сержант» (сегодня он называется «Знаменосец») в выпуске, посвящённом советско-болгарской дружбе. Вскоре её включил в свой репертуар Краснознаменный ансамбль песни и пляски Советской Армии. В 1967 году краснознаменцы привезли её в Болгарию. В Пловдиве, у подножия памятника «Алеше», в присутствии многих тысяч слушателей состоялось её первое исполнение.
    С огромным успехом исполнил «Алешу» Московский хор молодежи и студентов на Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Софии.
    Для советских слушателей песню по-настоящему открыл прекрасный болгарский дуэт — Маргарет Николова и Георги Кордов.
    Решением Пловдивского городского Совета песня «Алёша» утверждена официальным гимном города (до 1989 года).
    Ярким музыкальным событием в жизни этого города, да и всей Болгарии, стал традиционный фестиваль советской песни, названный также «Алёша». Композитору Э. С. Колмановскому и поэту К. Я. Ваншенкину не однажды довелось участвовать в этом фестивале.
    «Нас принимали на болгарской земле с таким чистосердечным гостеприимством, с такой душевной теплотой, искренностью, радостным и заботливым вниманием, с каким может встретить только настоящий верный друг…»



    И вот в 90-е годы XX века в двух странах развернулась битва за «Алешу». Был создан общественный комитет в защиту памятника, против решения городского собрания депутатов снести памятник как символ оккупационной армии. А ведь в 1967 году этот же самый горсовет принял решение утвердить песню «Алеша» гимном Пловдива.
    И народ победил: демонтаж памятника не состоялся. «Алеша» не дрогнул. Стоит на холме Освободителей, его защищает любовь жителей Пловдива.

    Маргарет Николова и Георги Кордов, «Алёша» - песня года 1971: http://www.youtube.com/watch?v=qFDAIFD5PPI
  6. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    История создания песни «На безымянной высоте»

    Эта песня не выдумана. Всё, о чём в ней поётся, было в действительности. Недалеко от дороги, идущей на Калугу, там, где Калужская область соседствует со Смоленской, стоит посёлок Рубежанка. И есть там настоящая высота, обозначенная на картах военного времени отметкой 224,1. 14 сентября 1943 года на этом месте вела бой горстка храбрецов, воинов 718-го стрелкового полка 139-й стрелковой дивизии. Группу из восемнадцати бойцов, сибиряков-добровольцев, возглавлял лейтенант Евгений Порошин. Ночью, под покровом темноты, они подползли вплотную к вражеским укреплениям и после ожесточенного боя овладели высотой. А потом геройски удерживали её, истекая кровью.
    Бойцы, отбивавшие одну атаку врага за другой, нуждались хотя бы в кратковременной передышке для того, чтобы сменить и перезарядить пулеметные и автоматные диски, отхлебнуть из фляжки глоток воды, перевязать раненых товарищей. И тогда один из них, Николай Годенкин, решил отвлечь огонь врага на себя. В окровавленной и изодранной гимнастёрке поднялся он во весь рост и пошёл прямо на гитлеровцев. Рука его была перебита, и потому он держал автомат в правой руке, стреляя из него на ходу. Так он прошёл метров пятнадцать — двадцать. Казалось, он шёл очень долго. На этом пути был ещё несколько раз ранен, но, даже падая, успел сделать несколько шагов вперёд.
    «Впервые об этом сражении я услышал от редактора дивизионной многотиражки Николая Чайки, когда служил в газете 2-го Белорусского фронта, - вспоминает поэт Михаил Матусовский. — Рассказ поразил меня. Позже я познакомился и с героями, оставшимися в живых. А припомнилось мне всё это снова, когда в начале 60-х годов режиссёр Владимир Басов пригласил меня и композитора Вениамина Баснера работать вместе с ним над фильмом «Тишина» по одноименному роману писателя-фронтовика Юрия Бондарева. Басов попросил нас написать песню, которая как бы сфокусировала в себе фронтовую судьбу двух главных героев картины. Песню, не поражающую масштабностью и размахом событий. И тогда я вспомнил этот бой. В истории Великой Отечественной войны он только маленький эпизод, но как велико его значение!..»
    Стихи были написаны, но с музыкой к ним дело не шло никак. «Когда третий вариант ее, — рассказывал потом композитор, — был забракован и поэтом, и режиссером картины «Тишина» Басовым, и старшим музыкальным редактором «Мосфильма» Лукиной. Я отчаялся, хотел вообще отказаться от этой работы. Но Басов, выслушав мои сомнения, сказал, что время ещё есть, и просил продолжать поиски. Сердитый, ехал я домой, в Ленинград, и вдруг по дороге, в вагоне дневного поезда, почувствовал совершенно новую мелодию… Записать её было нечем, не на чем — поэтому всю дорогу пел про себя, чтобы не забыть…» Эту мелодию, родившуюся под стук вагонных колес, мы и слышим в картине, которая вышла на экраны страны в 1964 году. Пел песню за кадром артист Лев Барашков.
    Но после фильма её пели повсюду уже многие замечательные певцы. И пожалуй, самым лучшим и непревзойденным ее исполнителем был народный артист Советского Союза Юрий Гуляев. Теперь, когда слышишь эту песню, даже не верится что она сложена в послевоенную пору. Так и кажется, что она оттуда — из войны. Песня М. Л. Матусовского и В. Е. Баснера привлекла внимание и к судьбе ее реальных героев. Выяснилось, что после боя за высоту в живых осталось лишь двое.
    Один из них — Герасим Ильич Лапин — был оглушён и контужен в том бою. Засыпанный землёй от разрыва снаряда, он пролежал под кустом до наступления темноты, а потом ползком добрался к своим. Другой защитник высоты — Константин Николаевич Власов — был ранен, попал в плен. Бежал, скрывался в лесу, а затем воевал в партизанском отряде.
    Оба они дожили до того дня, когда на месте их боя и гибели их товарищей был сооружён памятник. Рядом с ним — землянка, над которой высится та самая «обгоревшая сосна» из песни. Ближе к дороге — музей. Идущие мимо машины притормаживают и дают продолжительные гудки…
    «Я тоже не однажды бывал в этом музее. Внутри огромного холма — землянка в три наката, — пишет М. Л. Матусовский, — Заходишь вовнутрь, и у вас возникает ощущение, что бойцы только покинули её. Нарубили лапник, повесили шинели и каски. В углу стоит телефонный аппарат. А на деревянной стене в металле вычеканены строки из нашей песни:
    Мы не забудем, не забудем
    Атаки яростные те —
    У незнакомого поселка
    На безымянной высоте.
    И когда там, на безымянной, звучала эта песня, я испытывал огромное волнение. Когда мы с композитором её писали, нам не представлялось, что песня наша найдёт такой отклик в душах людей — и ветеранов, и молодых…»



    Песня, посвящённая воинам-сибирякам, была авторами позже дополнена, специально дописан ещё один куплет:
    На склонах обагрённой Волги, на берегах Москвы-реки
    В своих дублёных полушубках сражались вы, сибиряки!
    Так будет не забыт ваш подвиг, как не забыты будут те,
    У незнакомого посёлка, на безымянной высоте.


    «На безымянной высоте», Юрий Гуляев: http://www.youtube.com/watch?v=JnPm2GMqrEs
  7. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    История создания песни «Вечер на рейде»

    Раздольный и задушевный, полный грусти напев. В годы Великой Отечественной войны “Вечер на рейде” была одной из любимых лирических песен, причём не только у моряков, про которых в ней поётся. Её пели все.
    Думается, секрет тут в точно схваченном, верно и просто переданном чувстве любви к родному дому, ко всему, что нам близко и дорого и что надо было отстоять в жестоком, смертельном бою.
    Родилась песня в Ленинграде, который уже в первые месяцы войны стал прифронтовым городом. На дальних и ближних подступах к городу строились рубежи обороны. Всё население принимало участие в этой работе.
    Как и все ленинградцы, авторы будущей песни композитор Василий Павлович Соловьев-Седой (1907—1979) и поэт Александр Дмитриевич Чуркин (1903—1971) рыли траншеи, гасили зажигательные бомбы, а вечерами и в субботние дни работали в Ленинградском порту, который назывался «Лесной». В то время его причалы были завалены горами брёвен, и надо было их убрать, сложить в штабеля, чтобы уменьшить опасность пожара от зажигательных бомб.
    Однажды летним августовским вечером после длинного трудового дня поэт и композитор присели отдохнуть на борту разгруженной баржи.
    «Ничто не напоминало о войне ,— вспоминал впоследствии А. Чуркин. — Волны чуть слышно плескались о морскую гальку. Залив был окутан синей дымкой. Невдалеке на рейде стоял корабль. С него доносилась тихая музыка — там кто-то играл на баяне…
    Соловьев-Седой сидел молчаливый и задумчивый.
    Когда мы отправлялись домой, он сказал: «Замечательный вечер. Стоит песни». Видимо, у него уже зародилась мелодия, потому что он тут же сообщил мне «размерчик»… Содержание нужно такое: моряки покидают любимый город, прощаются…»
    «Я думал о моряках, которые отдают свою жизнь, защищая морские подступы к нашему городу, — рассказывал В. П. Соловьев-Седой, — и меня охватывало горячее желание выразить в музыке их настроения и чувства.
    Дома я сел за рояль и за несколько часов сочинил песню, варьируя бесконечно одну и ту же фразу: «Прощай, любимый город…»
    Получилась мелодия припева, а слов для припева не было. Композитор позвонил А. Д. Чуркину и попросил его приехать.
    «Приехал в знакомую опустевшую квартиру, — продолжал свои воспоминания поэт. — Композитор сел за рояль, и полилась взволнованная широкая мелодия.
    — Начать надо так:
    «Прощай, любимый город…», — сказал Соловьев-Седой.
    Я «подкинул» вторую строку: «уходим в море ско-ро». Композитор зачеркнул: «Нет. «уходим завтра в море…» Я согласился, но поспорил немного из-за рифмы: город — море — совсем не рифма.
    Василий Петрович сказал, что рифма в данном случае не имеет существенного значения. Вместе мы сочинили и продолжение: «и ранней порой мелькнет за кормой знакомый платок голубой…»
    Завершив работу над песней, авторы отправились с нею на улицу Зодчего Росси, где располагался Ленинградский Союз композиторов.
    Однако этот первый показ песни окончился неудачно. Ее не приняли как упадочную и минорную. Время было тяжелое, в кровопролитных боях наши части оставляли города и села, и чтобы вдохнуть в людей хоть толику оптимизма, песни писались преимущественно бодрого, маршевого характера, героико-патриотического склада. Все были под впечатлением потрясающей песни А. В. Александрова и В. Лебедева-Кумача «Священная война», которую передавали по радио несколько раз в день. В песне же «Вечер на рейде» нет ни героики, ни патетики…
    В своих воспоминаниях композитор рассказал, что не принятую коллегами песню он пустил в свет лишь зимой 1942 года, спев ее в солдатской землянке под Ржевом, когда уже во всю шло наступление и настроение было совсем другое, когда прощание с родным городом не ассоциировалось с отступлением. И песня зазвучала иначе…
    Между тем документы и воспоминания участников обороны Ленинграда свидетельствуют о том, что «Вечер на рейде» пели там осенью и зимой 1941 года. Сам Соловьев-Седой мог об этом и не знать, поскольку в это время уже находился в эвакуации на Урале. Вероятно, забыл композитор, как, расстроенный плохим приемом своего произведения в Союзе композиторов, решил он заглянуть по дороге домой к старым своим друзьям—в Центральный ансамбль Военно-Морского Флота, созданный в Ленинграде незадолго до войны и руководимый композитором И. О. Дунаевским.
    Самого Дунаевского в ту пору в Ленинграде не было. Война застала его в гастрольной поездке с другим коллективом — ансамблем песни и пляски ЦДКЖ. Соловьева-Седого встретил тогдашний начальник ансамбля М. И. Вайнер. Теперь он полковник в отставке и живет в Москве. Вот что он рассказал о событиях того давнего военного августа:
    «Хорошо помню тот памятный визит к нам Василия Павловича. Был он взволнован и возбужден. Вдвоем с хормейстером ансамбля Герчиковым уединились они в осиротевшем кабинете художественного руководителя, долго о чем-то говорили. А потом до меня донеслись звуки рояля и негромкое пение. Незнакомый напев, задушевный, волнующий, заставил отложить все дела. Это был «Вечер на рейде»…
    Мы эту песню сразу приняли, разучили и стали везде исполнять. Лето и по крайней мере всю осень и зиму сорок первого года она уже во всю звучала в концертах ансамбля… В нашем исполнении «Вечер на рейде» был записан и не однажды транслировался по радио».
    Ансамбль с огромным успехом исполнял эту песню и во время своих гастролей в Москве в 1942 году. Тогда же ее издали массовым тиражом.
    Популярность «Вечера на рейде» была столь велика в годы войны, что появились различные варианты и переделки песни.
    Парашютисты-десантники пели:

    Споемте, друзья, ведь завтра в полет
    Летим мы во вражеский тыл.
    Споем веселей, пусть нам подпоет,
    Кто песен родных не забыл.

    Партизаны Крыма, судя по воспоминаниям командира отряда И. Козлова в его книге «В Крымском подполье», сочинили такие слова:

    Прощай, любимый город!
    Уходим завтра в горы,
    И ранней порой
    Мелькнет за спиной
    Зеленый мешок вещевой.

    Итальянские партизаны пели на этот мотив в годы войны песню о девушке — участнице освободительного движения.
    В дни героической обороны Севастополя, в 1942 году, там была издана листовка с этой песней.
    Великолепно исполнял «Вечер на рейде» популярный дуэт—Владимир Бунчиков и Владимир Нечаев — с хором Всесоюзного радиокомитета.
    Имя В. П. Соловьева-Седого стало всенародно известным. И в 1943 году за эту и ряд других песен он был удостоен Государственной премии СССР.
    Песня «Вечер на рейде» и сегодня дорога нам, как и многие другие песни военной поры, оставившие неизгладимый след в благодарной памяти народа.

    «Вечер на рейде», Муслим Магомаев: http://narod.yandex.ru/100.xhtml?mor...nareid_mag.mp3
  8. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    История создания песни «Жди меня»

    (сл. К. Симонова, муз. М.Блантера)

    27 июля 1941 года Симонов вернулся в Москву, пробыв не менее недели на Западном фронте – в Вязьме, под Ельней, близ горящего Дорогобужа. Он готовился к новой поездке на фронт – от редакции «Красной звезды»; на подготовку машины для этой поездки нужна была неделя.
    За эти семь дней, – вспоминал он, – кроме фронтовых баллад для газеты, я вдруг за один присест написал «Жди меня», «Майор привез мальчишку на лафете» и «Не сердитесь, к лучшему». Я ночевал на даче у Льва Кассиля в Переделкине и утром остался там, никуда не поехал. Сидел на даче один и писал стихи. Кругом были высокие сосны, много земляники, зеленая трава. Был жаркий летний день. И тишина. ... На несколько часов даже захотелось забыть, что на свете есть война. ... Так сказано в дневнике, – поясняет автор далее, добавляя: наверно, в тот день больше, чем в другие, я думал не столько о войне, сколько о своей собственной судьбе на ней. ... И вообще война, когда писались эти стихи, уже предчувствовалась долгой. «...Жди, когда снега метут...» в тот жаркий июльский день было написано не для рифмы. Рифма, наверно, нашлась бы и другая...
    Поздней осенью, уже в Северной армии, Симонов, «пожалуй, впервые», как он вспоминал, читал еще не напечатанное «Жди меня» целому десятку людей сразу. Гриша Зельма, подбивший меня там прочесть эти стихи, потом, во время нашей поездки, где бы мы ни были, снова и снова заставлял меня читать их, то одним, то другим людям, потому что, по его словам, стихи эти для него самого были как лекарство от тоски по уехавшей в эвакуацию жене.
    Я считал, что эти стихи – мое личное дело... Но потом, несколько месяцев спустя, когда мне пришлось быть на далеком севере и когда метели и непогода иногда заставляли просиживать сутками где-нибудь в землянке ... мне пришлось самым разным людям читать стихи . И самые разные люди десятки раз при свете коптилки или ручного фонарика переписывали на клочке бумаги стихотворение «Жди меня», которое, как мне раньше казалось, я написал только для одного человека. Именно этот факт, что люди переписывали это стихотворение, что оно доходило до их сердца, – и заставил меня через полгода напечатать его в газете.
    Осенью 1941 года Симонов, таким образом, и не думает о напечатании «Жди меня» – он остро, острее многих чувствует советский литературный регламент и даже внутренне не спорит с ним: граница между «для себя» и «для печати» у него незыблема.
    Первую, возможно, попытку напечатать «Жди меня» Симонов делает наудачу – в одной из армейских газет (скорей всего, предвидя или предчувствуя затруднения в центральной печати), в конце 1941 или в самом начале 1942 г. автор делает попытку напечатать стихотворение в «своей» газете.
    «Жди меня» – самое общеизвестное из стихотворений Симонова. Это стихотворение не нужно цитировать. Его знают все. Говорят, семнадцать композиторов изъявили желание написать на него песню. В истории советской поэзии вряд ли было другое произведение, имевшее такой массовый отклик. Это стихотворение искали, вырезали из газет, переписывали, носили с собой, посылали друг другу, заучивали наизусть – на фронте и в тылу.
    «Жди меня» было едва ли не первым сочинением Симонова, написанным, напомним, вне мысли о печати. Результаты оказались – тогда же и особенно впоследствии – неожиданными для него самого.



    Жди меня, Леонид Утёсов.rar
  9. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    Духовный смысл Великой Отечественной войны


    Всякая война — событие, прежде всего, духовное. Причины социального, политического, экономического характера являются лишь производными, вторичными факторами происходящего. По словам русского философа И. А. Ильина, «война есть не только потрясение, но духовное испытание и духовный суд». Н. А. Бердяев писал, что «внутренне осмыслить войну можно лишь увидав в ней символику того, что происходит в духовной действительности... Война не есть источник зла, а лишь знак существования внутреннего зла и болезни. Война не создала зла — она лишь выявила зло».
    Следовательно, Великая Отечественная война — результат событий, происходивших в России в предыдущие десятилетия. Еще в 1905 году святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Держись же, Россия, твердо Веры своей и Церкви, и Царя Православного, если хочешь быть непоколебимою людьми неверия и безначалия и не хочешь лишиться Царства и Царя Православного. А если отпадешь от своей Веры...то не будешь уже Россией или Русью Святою, а сбродом всяких иноверцев, стремящихся истребить друг друга». «Если не будет покаяния у русского народа, конец мира близок. Бог отнимет у него благочестивого царя и пошлет бич в лице нечестивых, жестоких, самозванных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами». Революция 1917 года, последующие за ней события и Великая Отечественная война, как итог их — результат охлаждения веры и утраты спасительных идеалов Святой Руси, страшное воплощение программы построения Царства Божия на земле (а не на небе). Русские люди, потеряв православную опору, были перенацелены на достижение губительных идей — торжества мировой революции, интернациональной солидарности, построения коммунизма, скрывавших за привлекательной внешностью богоборческое содержание.
    Три десятка лет перед Великой Отечественной войной Православная Церковь подвергалась жесточайшим гонениям. В 1917 году в России было 57 духовных семинарий, более 57000 храмов, а к концу 30-х годов осталось немногим более 100 храмов и ни одной духовной семинарии. По данным протоиерея Георгия Митрофанова, с 1917 по 1941 год было уничтожено около 130000 представителей духовенства. Если к 1915 году русское православное духовенство насчитывало около 140 епископов, 51105 священников и диаконов, то в 1941 году осталось 4 правящих архиерея и около 500 служащих священнослужителей. Всего, по разнообразным оценкам, за веру пострадало несколько сот тысяч человек (от 500 тысяч до 1 миллиона). Кроме епископов, священников, диаконов и монахов, были репрессированы старосты, регенты, псаломщики и многие православные миряне.
    Характер истребления православных людей принял нормы какого-то исключительного изуверства, свойственного фанатикам древнейших темных сект, верований и религий. Практиковалось сдирание кожи с живых людей. Православным выжигали огнем изображение креста на груди и на лбу. В Полтаве были посажены на кол 18 монахов. В Казани, Екатеринбурге, других районах страны мучеников распинали на крестах, сжигали на кострах, бросали в раскаленные печи.
    Что же означала политика уничтожения Православия с духовной точки зрения? Коммунистическая доктрина была богоборческой в самой своей основе, а коммунистичекая партия, как писал историк О. В. Платонов, «изначально работала по принципам масонского ордена как закулисная властная структура всеохватывающего контроля и влияния» и была абсолютно независимой от народа и, более того, противостоящей ему. Даже символы новой власти — красная пятиконечная звезда и флаг с серпом и молотом, представляли собой оккультные знаки. Показательно, что в городе Свияжске в 1921 году был открыт памятник «предтече мировой революции» Иуде Искариоту, причем решение поставить памятник именно Иуде было принято не сразу. Первоначально в качестве «кандидатов» фигурировали Люцифер и Каин, так как, по мнению большевиков, оба были угнетенными мятежниками, революционерами.
    Отрицая существование Бога, коммунизм пытался подменить Его идолами — материей, объективными законами мироздания, личностью правителя, ведь если люди не верят в Бога, они пытаются заменить Его чем-то другим. Мышление «строителей нового мира» обладало рядом особенностей, среди которых отличалось критическое, даже враждебное неприятие истории Отечества, непонимание и отвержение русской культурной традиции, стремление перестроить общество без учета исторического опыта страны, желание управлять, а не трудиться, готовность прибегать для достижения своих целей ко лжи и репрессиям.
    Такое мышление и соответствующую ему деятельность можно назвать антисистемными — сокращающими жизнь этноса и разрушающими традиционную русскую культуру, основанную на Православии. Современная наука свидетельствует, что в культуре существует некое ядро, которое вырабатывается веками, определяет социальные, поведенческие, нравственные, интеллектуальные способы реагирования общества на изменения, обеспечивает возможность приспособления к меняющимся условиям. Против основы русской культуры, ее ядра — Православия и были направлены уже первые декреты Советской власти. 11 декабря 1917 года народный комиссариат просвещения принял декрет о ликвидации всей системы духовного образования России. 17-18 декабря 1917 года вступили в силу декреты, которые объявили законным только гражданский брак, а регистрацию рождений, браков, разводов и смертей передали в ведение государственных органов. Это привело к тому, что был нанесен удар по морали российской семьи — множество брачных союзов появлялись и исчезали очень легко. Первая советская Конституция (1918 год) объявила духовенство и монашество лишенными избирательных прав, а дети духовенства теряли право поступления в высшие учебные заведения. Эта «конституционная норма» нанесла удар по русской интеллигенции, лишая ее источников пополнения из числа детей священнослужителей. Вместо церковнославянского языка стали внедрять «язык революционного пролетариата», чтобы лишить русский народ исторической памяти, языка, на котором он веками обращался к Богу. В феврале 1918 года был введен более «прогрессивный» григорианский календарь и, вместо христианского годового цикла появился антихристианский. Все эти мероприятия разрушали традиционную русскую культуру, нравственность и неуклонно вели страну к гибели.
    Великой Отечественной войне предшествовала безбожная пятилетка, по окончании которой в СССР должны были быть закрыты все церкви и уничтожен последний священник. По плану большевиков, к 1942 году с Церковью в СССР должно было быть окончательно покончено. Исполнению этих планов помешала война.
    «Эта великая страшная Отечественная война, конечно, явилась следствием попущения Божия за наше отступление от Бога, за наше моральное, нравственное нарушение закона Божия и за то, что пытались в России вообще покончить с религией, с верой, с Церковью… Господь провидел эти вражеские планы, и чтобы не попустить их осуществление, Господь попустил войну…И мы видим, что война действительно обратила людей к Вере, и правители совсем по-другому отнеслись к Церкви», — говорит архимандрит Кирилл (Павлов). В самом начале войны, 26 июня 1941 года, митрополит Сергий (Страгородский), совершая торжественный молебен о победе русского воинства в Богоявленском соборе Москвы, говорил: «Пусть гроза надвигается. Мы знаем, что она приносит не одни бедствия, но и пользу: она освежает воздух и изгоняет всякие миазмы. Да послужит и наступающая военная гроза к оздоровлению нашей атмосферы духовной».
    Но понимание войны как наказания за грехи — это одна сторона дела. «Война есть вина, но она также есть и искупление вины», — писал Н.А. Бердяев. Война за правое дело является духовным состоянием, которого трудно достичь в обыденной жизни. «Духовная оправданность войны определяется теми мотивами, которые побудили народ открыть военные действия, и теми целями, которые он, воюя, имеет в виду и осуществляет. Духовное значение войны определяется тем откликом, тем движением в народе, которое вызывается войною. Скажи мне, что вызвала война в твоей душе; скажи мне, как ты воевал и что извлек ты из трудов и страданий войны, и я скажу тебе о том, каково было ее духовное значение в твоей жизни...», — читаем мы в работе И.А. Ильина «Духовный смысл войны». И «если есть в жизни людей такое духовное достояние, которое они любят больше себя и которое стоит защищать хотя бы ценою мучений и смерти, и если этому достоянию грозит опасность от нападения насильников, то как же не отозваться им доброю волею и готовностью на призыв к защите от нападения?». Движущая пружина таких войн — христианская любовь, полагающая душу свою за други своя.
  10. 1,171
    Комментарии
    15
    Темы
    1195
    Репутация Pro
     
    Мастер форумных наук

    5 Медалей
    Духовный смысл Великой Отечественной войны
    (продолжение)

    От кого же надо было защищаться России в 1941 году? Перед русским народом стояла не просто страшная военная машина, но демоническая сила, которой поклонялись властители ************ской Германии.
    Приверженность верхушки Третьего Рейха к оккультным мистическим учениям хорошо известна. Гитлер, упоминая в своих речах о Боге, никогда не уточнял, какого именно «бога» он имеет в виду. Будучи крупным магом, он обладал гипнотической силой, превратившей рациональный немецкий народ в слепую толпу своих поклонников, которые поверили в его сверхестественные способности. «Гитлер, ты наш вождь, имя твое наводит трепет на врагов, да приидет третья империя твоя и да осуществится воля твоя на земле...», — так кощунственно перефразировали молитву «Отче наш» в ************ской Германии.
    Зародыш новой арийской религии Гитлер видел в войсках СС — не просто отборного воинства, но фактически ордена демонопоклонников. Эсэсовцы не отмечали Пасху, Рождество и другие христианские праздники, но отмечали языческие торжества, совершая на них магические ритуалы. Рейхсфюрер СС Гиммлер был убежден, что благодаря оккультным занятиям он обладал способностью вызывать души умерших. Особая связь, по его мнению, была установлена у него с саксонским королем Генрихом. На протяжении нескольких лет в годовщину смерти короля Гиммлер ночью спускался в склеп, чтобы «пообщаться с душой» завоевателя славян.
    Как же относились идеологи фашизма к христианству? Заместитель Гитлера по партии Борман в 1941 году заявил, что «национал-социализм и христианство непримиримы». Идеолог нацизма А.Розенберг писал, что «Христианский крест должен быть изгнан из всех церквей, соборов и часовен и должен быть заменен единственным символом — свастикой», а «идеал любви к ближнему должен быть безусловно подчинен идее национальной чести». Взамен «устаревшего» христианства предлагалась «вера, воплощенная в яснейшее знание, что северная кровь представляет собою то таинство, которое заменило и преодолело древние таинства». 1943 год должен был стать годом основания «немецкой национальной церкви».
    Предпринимая нападение на СССР, ************ы рассчитывали использовать религиозный фактор в своих целях. В системе Главного управления имперской безопасности имелся специальный «церковный отдел». В его задачи входили контроль и наблюдение за деятельностью религиозных организаций, изучение настроений духовенства и прихожан, внедрение агентуры в церковные административно-управленческие структуры, продвижение «своих» людей на различные иерархические должности. Основной линией в решении «религиозного вопроса» была ориентация на разрушение сложившихся традиционных устойчивых церковных структур. Там, где это признавалось неэффективным, ставилась задача, не останавливаясь ни перед какими средствами и методами воздействия, достижения полного над ними контроля.
    Подобные методы и практика были перенесены и на религиозные организации СССР. К 1 сентября 1941 года относится циркуляр Главного управления имперской безопасности «О понимании церковных вопросов в занятых областях Советского Союза». В этом документе ставились три основные задачи: поддержка развития религиозного движения с целью использования его против атеистически настроенной советской власти, дробление его на отдельные течения, во избежание возможной консолидации для борьбы против Германии и использование церковных организаций для помощи немецкой администрации на оккупированных территориях.
    Но уже в директиве от 31 октября 1941 г. начинает сквозить озабоченность немцев массовым всплеском религиозности. Открывшиеся храмы превратились в центры русского национального самосознания, Церковь благословила русский народ на защиту Отечества, вокруг нее сплотилась значительная часть населения. Это подтверждает и упомянутая выше директива: «Среди части населения бывшего Советского Союза замечается сильное стремление к возврату под власть церкви или церквей… Крайне необходимо воспретить всем попам вносить в свою проповедь оттенок вероисповедания и одновременно позаботиться о том, чтобы возможно скорее создать новый класс проповедников, который будет в состоянии после соответствующего, хотя и короткого обучения толковать народу свободную от еврейского влияния религию». 11 апреля 1942 г. в кругу приближенных Гитлер изложил свое видение религиозной политики в России: «Нашим интересам соответствовало бы такое положение, при котором каждая деревня имела бы собственную секту, где развивались бы свои особые представления о Боге. Даже если в этом случае в отдельных деревнях возникнут шаманские культы, подобно негритянским или американо-индейским, то мы могли бы это только приветствовать, ибо это лишь увеличило бы количество факторов, дробящих русское пространство на мелкие единицы»21. Рейхсфюрер СС Гиммлер в одном из писем также указывал на опасность, исходящую от Православной Церкви, которая сплачивает русских национально. Он полагал, что поэтому ее необходимо дезорганизовать, а возможно и вообще ликвидировать. Все это не оставляет сомнений в том, какова была бы судьба Православия в случае победы гитлеровской Германии. Его стали бы уничтожать, насаждая «новую религию» оккультизма.
    Итак, духовный смысл Великой Отечественной войны — призыв русского народа к покаянию, возрождение Православия в России, защита государства и народа как от внутренних богоборцев, так и от внешних завоевателей. Еще перед началом войны многие подвижники Православия говорили о ее смысле, характере, исходе. Иеросхимонах Аристоклий Афонский предсказывал: «По повелению Божию немцы войдут в Россию и спасут ее, но в России не останутся и уйдут в свою страну». Перед самым началом Великой Отечественной войны одному старцу Валаамского монастыря во время богослужения было видение: Матерь Божия одна стоит перед Сыном Своим и со слезами молит Его о спасении России. Она сказала: «Вспомни, Сын Мой, как Я стояла у Креста Твоего»,— и хотела встать на колени перед Ним. Спаситель сказал: «Не надо, Я знаю, как Ты любишь Россию, и ради слов Твоих не оставлю ее. Накажу, но сохраню».
    Таким образом, судьба нашего Отечества самым непосредственным образом зависела и зависит от нравственного состояния народа. За преступления против Закона Божия неминуемо грядет наказание, за покаяние и молитвы — помилование и новый расцвет. Святой Праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Научись, Россия, веровать в правящего судьбами мира Бога-Вседержителя и учись у твоих святых предков вере, мудрости и мужеству... Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной веры...Восстань же, русский человек! Довольно пить горькую, полную яда чашу — и вам, и России!». Преп. Серафим Саровский, предвидя те бедствия, которые ожидают Россию вследствие оскудения веры, говорил: «Земля русская обагрится реками кровей, и много дворян побиено будет за Великого Государя и целость Самодержавия его; но не до конца прогневается Господь и не попустит разрушиться до конца земле Русской, потому что в ней одной преимущественно сохраняется еще Православие и остатки благочестия христианского». «У нас вера Православная, Церковь, не имеющая никакого порока. Сих ради добродетелей Россия всегда будет славна и врагам страшна и непреоборима, имущая веру и благочестие в щит и во броню правды: сих врата адова не одолеют». Вот эти уроки — отступления от Бога и его последствий, покаяния и исправления жизни, великой Божией милости к Руси за веру Православную и являет нам Великая Отечественная война и ее духовный смысл.

    Юрий Витальевич ЕРОШКИН,
    младший научный сотрудник Отдела истории МарНИИ

Вверх
РегистрацияX

чтобы писать, читать, комментировать